12 советских композиторов: от симфоний до эстрадных хитов

В Советском Союзе музыка была везде. Она звучала из репродукторов в коридорах коммунальных квартир, “плакала” в кино и гремела на стадионах. За этим звуком стояли люди — очень разные, писавшие в жанрах, которые в других странах почти не пересекались: одни сочиняли симфонии для Большого зала Консерватории, другие — песни, которые завтра же пела вся страна.

Это не список «лучших» — советская музыка слишком велика для любого списка. Это двенадцать имён, которые дают честное представление о том, какой она была.

Если вы только знакомитесь с советской академической музыкой, начните с этих трёх. Они охватывают симфонию, балет и ритмику — три главных языка эпохи.

Главный симфонист СССР — и, пожалуй, всего XX века. Шостакович написал пятнадцать симфоний и пятнадцать струнных квартетов: этот двойной счёт уже говорит о масштабе. Его Седьмая симфония («Ленинградская») была начата в Ленинграде летом 1941 года и завершена в декабре того же года в эвакуации, в Куйбышеве. Исполнена в осаждённом Ленинграде 9 августа 1942 года — дирижёр Карл Элиасберг собрал оркестр из музыкантов, которых возвращали из ополчения и доставляли в город по Дороге жизни и по воздуху. Трансляцию вели по громкоговорителям — чтобы слышал враг.

Его музыка умеет быть и торжественной, и страшной, и горько-ироничной одновременно. Начните с: Симфония № 5 ре минор, соч. 47 — классический вход в мир музыки Дмитрия Шостаковича.

Прокофьев жил между двумя мирами — эмиграцией и возвращением, авангардом и доступностью — и в обоих чувствовал себя своим. Его балет «Ромео и Джульетта» (1935–1936) стал одним из самых исполняемых балетных спектаклей в мире: «Танец рыцарей» знает каждый, даже не зная, чей он. Опера «Война и мир» по Толстому — монументальное полотно, с которым не справлялся ни один театр, пока не справился Большой.

Прокофьев писал для детей («Петя и волк»), для кино (Эйзенштейн, «Александр Невский»), для балета и оперы — и в каждом жанре был первоклассным мастером. Начните с: балетная сюита «Ромео и Джульетта», соч. 64.

Хачатурян переехал из Тифлиса в Москву в 1921 году, когда ему было восемнадцать лет, начав с Гнесинского музыкального училища. В консерваторию он поступил позже — уже состоявшимся музыкантом — и принёс с собой ритмику и колорит армянской и грузинской музыки. Это слышно во всём, что он написал: острые ритмы, пряные гармонии, физическая радость звука. «Танец с саблями» из балета «Гаянэ» (1942) стал одним из самых узнаваемых оркестровых фрагментов в мире — его использовали в сотнях фильмов, рекламных роликов и спортивных трансляций, не всегда зная, чей он.

Его Скрипичный концерт и балет «Спартак» — произведения, которые ставятся на лучших сценах мира по сей день. Начните с: «Танец с саблями» из балета «Гаянэ».

Свиридов — единственный в этом списке, кто избегал симфонического пафоса. Его стихия — хоровая и вокальная музыка, романс, простая певучая тема. «Время, вперёд!» (1965) — музыка к документальному фильму, переросшая своё предназначение: с 1986 года она открывает каждый выпуск программы «Время» на Первом канале. Для миллионов людей это звук самого́ вечера — не новостей, а момента, когда садишься смотреть.

Свиридов писал на стихи Пушкина, Есенина, Блока, Пастернака. Его «Пушкинский венок» и «Поэма памяти Сергея Есенина» — вершины советского хорового искусства.

Щедрин работал в академической традиции — и умел её расшатывать изнутри. Его балеты «Конёк-Горбунок» (1955) и «Кармен-сюита» (1967, в постановке Плисецкой) взорвали советскую балетную сцену: «Кармен-сюита» была запрещена министерством культуры — и триумфально возвращалась снова и снова. Партитуру для «Кармен-сюиты» Щедрин написал только для струнных и ударных — оркестровое решение, которое стало легендой.

Дунаевский — первый советский композитор, создавший жанр массовой лирической песни с большим оркестром. Его «Марш весёлых ребят» из одноимённого фильма Александрова (1934) прозвучал в то время, когда страна остро нуждалась в радости — и этой радостью немедленно стал. «Широка страна моя родная», «Каким ты был», «Песня о Родине» — всё это Дунаевский.

Он работал на стыке джазового оркестра и академической традиции: его партитуры были технически виртуозны, но слышались как лёгкое дыхание. В истории советской эстрады он занимает место первооткрывателя.

Пахмутова — самый народный из всех серьёзных композиторов СССР. Она окончила Московскую консерваторию с отличием, писала симфонические произведения и концерты — и при этом создала «Надежду», «Нежность», «Геологи», «Трус не играет в хоккей» и ещё несколько сотен песен, которые пела страна. Главным соавтором всю жизнь оставался её муж — поэт Николай Добронравов.

Её умение писать мелодию, которая одновременно проста и точна, — редкий дар. Подробнее о ней — в нашем материале об Александре Пахмутовой.

Зацепин — главный кинокомпозитор советской комедии. Его союз с режиссёром Леонидом Гайдаем продолжался двадцать лет и дал стране «Кавказскую пленницу» (1967), «Бриллиантовую руку» (1969), «Иван Васильевич меняет профессию» (1973). Он первым в советском кино начал активно использовать электронные инструменты — звук его музыки узнаётся моментально, как лицо старого знакомого.

«Песенка про медведей», «Если б я был султан», «Помоги мне» в исполнении Аллы Пугачёвой — это Зацепин. Его нет в консерваторских программах, но его музыку советского кино помнят лучше, чем многие академические опусы.

Богословский — человек, написавший «Тёмную ночь». Этого было бы достаточно для любой биографии, но у него есть ещё «Шаланды, полные кефали», «Спят курганы тёмные», «Любимый город» — каждая вещь народная до мозга костей, хотя у каждой есть точный автор и точная дата. Он умел писать так, что казалось: эта мелодия существовала всегда, а он просто её нашёл.

«Тёмная ночь» написана за одну ночь в 1943 году для фильма «Два бойца» — режиссёр Луков сказал, что без такой песни сцена не работает. Богословский сел за рояль и через несколько часов сыграл то, что впоследствии стало одной из главных песен войны.

Молдавский композитор, сделавший вальс главным жанром советского кино. Евгений Дога скончался 3 июня 2025 года в Кишинёве. Его вальс из фильма «Мой ласковый и нежный зверь» (1978, реж. Эмиль Лотяну) остался одним из самых узнаваемых музыкальных фрагментов в истории советской киномузыки — изящный, чуть горьковатый, с молдавской интонацией, поднятой до общечеловеческого уровня. Его переиздавали, цитировали, использовали в рекламе — и он не устарел.

Рыбников — автор, пришедший в советскую эстраду с академическим образованием и изменивший её изнутри. Его рок-опера «Юнона и Авось» (1981, Театр Ленком, реж. Захаров) стала культурным событием десятилетия: «Я тебя никогда не забуду» пела вся страна.

Рыбников также написал музыку к «Приключениям Буратино» и «Про Красную Шапочку» — детские песни, которые уже несколько поколений считают народными.

Советские композиторы и поэты работали в трёх параллельных мирах, которые иногда пересекались:

Советская аудитория жила в мире, где не было ни интернета, ни свободного рынка пластинок — но музыки было в избытке. Фирма «Мелодия», основанная в 1964 году, выпускала тиражи, которые сегодня кажутся невероятными: пластинка Пьехи расходилась миллионами.

Всесоюзное радио вело живые эфиры каждый день — оркестры играли в студии, певцы пели без фонограммы. Кинотеатры работали как концертные площадки: один фильм с удачной музыкой мог сделать песню народной за несколько недель.

Именно поэтому советская музыка так хорошо помнится людьми, выросшими в ту эпоху: она не просто звучала — она была частью общего времени, которое переживали все вместе.

Типовая карьера советского композитора выглядела примерно так: консерватория (Московская или Ленинградская) → работа в театре или на киностудии → вступление в Союз композиторов СССР → государственные премии. Членство в Союзе давало доступ к лучшим оркестрам, издание нот и запись на «Мелодии». Без него было трудно — с ним открывались почти все двери.

Государственные премии — Сталинская, а с 1966 года Государственная премия СССР — не просто награждали. Они гарантировали постановки, заказы и тиражи. Шостакович получил Сталинскую премию пять раз, Прокофьев — шесть. Это был не просто почёт — это был ресурс.

Три точки входа: «Танец с саблями» Хачатуряна (два минуты, невозможно забыть), «Танец рыцарей» из «Ромео и Джульетты» Прокофьева (три с половиной минуты, железная логика) и Симфония № 5 Шостаковича (40 минут, но они пролетают). После этого — решайте, в какую сторону идти.

В СССР именно кино и эстрада делали музыку по-настоящему народной. Дунаевский, Пахмутова и Богословский создавали мелодии с тем же профессионализмом, что и авторы симфоний — просто для другой аудитории. По степени влияния на культурную память страны они не уступают никому.

Привяжите каждого к одной «визитке»: Шостакович — «Ленинградская симфония», Прокофьев — «Ромео и Джульетта», Хачатурян — «Танец с саблями», Пахмутова — «Надежда», Дунаевский — «Марш весёлых ребят», Богословский — «Тёмная ночь». Этих шести достаточно, чтобы начать разбираться.

Услышать советскую музыку в живом исполнении вы сможете на фестивале «Голоса наследников» — 1–4 августа 2026 года, Зелёный театр ВДНХ. Билеты и программа на официальном сайте.