Муслим Магомаев и «Лучший город земли»: история одной песни

В 1964 году на московских радиостанциях появилась песня, которую москвичи до сих пор называют негласным гимном своего города. Её написали армянский композитор и молодой поэт, впервые в советской музыке решившийся на твист. Исполнил её баритон из Баку, которому едва перевалило за двадцать и которого тогда знали ещё только в узких кругах. Через месяц песню запретили. Через год она стала главным шлягером страны.

Так начинается история «Лучшего города земли» — пожалуй, самого известного произведения в репертуаре Муслима Магомаева и одного из самых любимых гимнов советской Москвы.

Прежде чем говорить о песне, нужно понять, кем был человек, сделавший её бессмертной.
Муслим Магометович Магомаев родился 17 августа 1942 года в Баку. Его отец, Магомет Магомаев, погиб на фронте, не дожив до возвращения; мать, Айшет, была театральной актрисой и вела кочевую жизнь, переезжая из города в город. Муслима воспитывал дядя, Джамал Муслимович Магомаев. Именно дядя привёл его в музыкальную школу, именно дядя настаивал на систематических занятиях.

Но настоящий масштаб таланта мальчика определило другое имя: его дед, Абдул-Муслим Магомаев, был выдающимся азербайджанским композитором и одним из основателей национальной классической музыки. Его именем названа Азербайджанская государственная филармония. Внук вырос в тени этого имени и всю жизнь доказывал, что достоин его.
В пятнадцать лет Муслим впервые вышел на сцену, тайком пробравшись в Дом культуры бакинских моряков. Никакого фурора не случилось, зато появилось понимание: вот оно. Вот место, где он хочет быть.

В 1956 году он поступил в Бакинское музыкальное училище имени Асафа Зейналлы. Учился внимательно, без зазнайства. В 1961 году дебютировал в составе Ансамбля песни и пляски Закавказского военного округа. В 1962 году стал лауреатом VIII Всемирного фестиваля молодёжи и студентов в Хельсинки за исполнение «Бухенвальдского набата».

Настоящая слава пришла в 1963 году на Фестивале азербайджанского искусства в Кремлёвском дворце съездов. Магомаев вышел на главную сцену страны и пел так, что зал встал. В том же году, 10 ноября, состоялся его первый сольный концерт в Концертном зале имени Чайковского. После этого вечера о нём говорила вся Москва.
А через год Бабаджанян позвонил ему и предложил записать новую вещь.

В 1962 году тридцатилетний поэт и юрист Леонид Дербенёв играл свадьбу. Собственного жилья не было, денег тоже. Была только молодость, Москва за окном и твёрдая убеждённость, что всё ещё впереди. На той свадьбе случай свёл его с Арно Бабаджаняном, уже известным советским композитором, который как раз находился в поисках чего-то нового.

Бабаджанян в то время был увлечён итальянским твистом. Адриано Челентано (его пластинки тогда доставали с большим трудом и слушали с восторженным непониманием) произвёл на него впечатление: ритм, лёгкость, пульс. Бабаджанян хотел сделать что-то подобное для советской эстрады. Хотел написать первый отечественный твист, живой и танцевальный, далёкий от тяжёлых маршей и торжественных хоров.

На свадьбе Дербенёв полез в карман и достал стихи, которые носил с собой. Это и был будущий текст «Лучшего города земли». Бабаджанян прочитал и сразу сказал: берём.
Музыку он написал быстро. Ритм был именно тот, что нужен: твист, пружинящий, задорный, московский. Исполнить песню Бабаджанян предложил Муслиму Магомаеву — своему молодому другу, чей баритон точно знал, как обращаться с такими вещами. Не монументально, не помпезно, а легко, с той долей улыбки, которая делает лирику настоящей.
Запись вышла в 1964 году. Радиостанции немедленно поставили её в эфир.

Несколько недель песня звучала повсюду: в радиоприёмниках, в ресторанах, на танцплощадках. Москвичи её полюбили немедленно и безоглядно.
Потом всё оборвалось.

Никита Сергеевич Хрущёв, услышав песню, произнёс короткую и безапелляционную фразу: «Твист о Москве? Запретить!» Для генерального секретаря твист был буржуазным тлетворным жанром, символом западного разложения. И пусть в тексте ни слова о политике — сам ритм казался недостойным главного города Советского Союза.

Песню убрали из эфира. Пластинки не уничтожали, но и не тиражировали. Запись пылилась в архиве, пока не произошло событие, которое многое изменило в стране.

В октябре 1964 года Хрущёва отправили в отставку. Почти сразу вслед за этим «Лучший город земли» вернули в эфир.

Пауза оказалась только рекламой. Люди, которые слышали песню до запрета, её помнили и ждали. А те, кто слышал впервые — немедленно влюблялись. К 1965 году она стала одним из главных шлягеров в стране.

Среди историков советской эстрады до сих пор идут споры о том, кто первым записал «Лучший город земли».

Часть свидетельств указывает на Жана Татляна — молодого ленинградского певца с армянскими корнями, который дружил с Бабаджаняном и, по его словам, первым выступил с новой песней. Сам Татлян настаивал на этом до конца жизни.

Другие источники утверждают, что Магомаев записал песню первым. Бабаджанян, судя по воспоминаниям, изначально видел именно его исполнителем. Магомаевский баритон — плотный, тёплый, без форсажа — лучше всего подходил к этой интонации: московская гордость без пафоса, радость без крика.

В итоге история поставила точку иначе: оба певца спели эту песню, оба остались в её истории. Но в народной памяти она навсегда осталась магомаевской. Вероятно, потому, что никто другой не пел её с такой безупречной уверенностью — будто о собственном городе, хотя родным городом Магомаева был Баку.

Арно Бабаджанян и Леонид Дербенёв написали хорошую песню. Но хорошие песни в советской эстраде писали многие. Тем, что «Лучший город земли» стал символом эпохи, она обязана прежде всего голосу и личности человека, этот голос давшего.

Магомаев был редкостным сочетанием. Оперная выучка делала его звук безупречным технически — ни одной нечистой ноты, ни одного форсированного верхнего звука. Но он не пел как оперный певец на эстраде: он пел как человек, которому есть что сказать.

Вдобавок он был красив. Это имело значение в эпоху, когда советское телевидение только начинало своё дело и певец на экране должен был быть убедительным не только для ушей, но и для глаз. Магомаев был именно таким.

Когда он пел «Лучший город земли», зал не думал об армянском твисте или хрущёвских запретах. Зал думал о Москве — о том, что это их город, что они в нём живут, что это хорошо.
В этом и было искусство.

Первая студийная запись 1964 года была компактной и танцевальной: твистовый ритм, лёгкая аранжировка, никакого пафоса. Именно в таком виде песня попала под хрущёвский запрет.

После реабилитации появились новые концертные версии. В 1970-е Магомаев исполнял её на больших площадках: в сопровождении симфонического оркестра звучание становилось монументальнее. В 1980-е она вошла в число неизменных атрибутов московских праздничных программ.

В 1994 году произошло событие, которое для многих стало настоящим культурным шоком в хорошем смысле: Магомаев записал дуэт с группой «Браво». Рок-группа привнесла новую энергию, певец сохранил безупречную вокальную линию. Версия получила широкое хождение и познакомила с песней новое поколение.

В 2013 году, когда Москва праздновала своё 866-летие, «Лучший город земли» стал лейтмотивом городского праздника. Официального гимна, принятого ещё в 1995 году, никто не отменял — но именно Магомаев звучал с городских сцен.

Про советскую эстраду и историю её главных хитов читайте в нашем разделе.

Арно Арутюнович Бабаджанян родился в 1921 году в Ереване. Блестящий пианист и плодовитый мелодист, он умел работать в самых разных жанрах — от камерной музыки до эстрадного шлягера. Его называли «королём советской эстрадной лирики». Кроме «Лучшего города земли», он написал «А у нас во дворе», «Чёртово колесо», «Позови меня», «Не спеши». Подробнее о нём — в статье об Арно Бабаджаняне.

Леонид Петрович Дербенёв (1931–1995) был одним из самых востребованных поэтов-песенников советской эстрады. Именно с него начался путь в большую профессию — с той самой свадьбы 1962 года. Впоследствии он написал тексты к сотням популярных песен, включая «Всё могут короли», «Бесконечность», «Куда уходит детство». Но «Лучший город земли» так и остался его самой известной работой.

Песня существует под несколькими названиями, и в каталогах это создаёт путаницу.

При поиске надёжнее всего ориентироваться на имена авторов в карточке: музыка Арно Бабаджаняна, слова Леонида Дербенёва. Если в описании стоят другие имена — перед вами другое произведение.

Студийная запись 1964 года входит в официальные сборники фирмы «Мелодия». Архивные телезаписи публикуются на официальных каналах правообладателей. Концертные версии 1970–1980-х годов выходили на пластинках отдельно и в сборниках.

Не следует путать «Лучший город земли» с другими городскими песнями Магомаева. «Баку, город мой» и «Азербайджан мой» — это совсем другие произведения с другими авторами. Магомаев пел о своей исторической родине не с меньшей силой, чем о Москве, но это разные части его репертуара.

«Лучший город земли» звучит уже шесть десятилетий. Это редкость даже по меркам лучших образцов советской эстрады.

Секрет, вероятно, в том, что песня сделана правильно на всех уровнях. Ритм твиста не устарел, потому что твист сам по себе не устаревает. Текст Дербенёва не содержит ни одной идеологической формулы, которая могла бы состариться вместе с эпохой. Мелодия Бабаджаняна запоминается с первого раза и не надоедает при стотысячном повторении. Голос Магомаева остаётся эталонным.

В 1995 году у Москвы появился официальный гимн. Москвичи признали его и оставили при нём. Но на городских праздниках, на концертах в честь Дня города, на площадях 9 Мая по-прежнему чаще всего звучит именно Магомаев. Потому что официальный гимн — это протокол. А «Лучший город земли» — это чувство.

Музыку написал Арно Бабаджанян, слова — Леонид Дербенёв. Песня создана в 1964 году.

Первыми исполнителями были Жан Татлян и Муслим Магомаев. Оба записали её в 1964 году; в народной памяти она прочно закрепилась именно за Магомаевым.

В 1964 году Никита Хрущёв запретил её словами «Твист о Москве? Запретить!» — расценив танцевальный ритм твиста как буржуазный и недостойный столицы СССР. После отставки Хрущёва в октябре 1964 года запрет был снят.

Официальное название по каталогам — «Лучший город Земли». Также встречаются варианты «Песня о Москве» и «Эти слова о тебе, Москва».

Да. В 1994 году Муслим Магомаев записал дуэт с группой «Браво», которая придала песне рок-звучание. Эта версия стала популярна среди нового поколения слушателей.

Официально нет — с 1995 года у Москвы есть официальный гимн. Но «Лучший город земли» давно и прочно считается неофициальным гимном столицы. В 2013 году, на праздновании 866-летия Москвы, именно эта песня стала лейтмотивом городского торжества.